История Pussy Riot: день за днём

08.08.2012. Восьмой день процесса в Хамовническом суде

Последнее слово подсудимых. Главная тема речи Надежды Толоконниковой — необходимость постоянного личностного роста и стремления к свободе и истине вопреки всему. «Человек — это существо, которое всегда ошибается, оно несовершенно, оно всегда стремится к мудрости, но никогда её не имеет. Именно поэтому родилась философия. Именно поэтому философ — это тот, кто любит мудрость и стремится к ней, но никогда ею не обладает. Именно это заставляет его действовать, думать и жить в конечном счёте так, как он живет. И именно это заставило нас пойти в храм Христа Спасителя. И я полагаю, что христианство, то, как я его поняла, изучая Ветхий Завет и в особенности Новый Завет,— оно поддерживает именно поиск истины и постоянное преодоление себя, преодоление того, чем ты был раньше». Именно искренность и стремление к свободе участниц Pussy Riot назвала Толоконникова главной причиной их всемирной поддержки. С горькой жалостью она отозвалась о «потерпевших», неспособных подняться над шаблонностью и зашоренностью своего мировоззрения, и, вопреки всему, выразила надежду на то, что диалог с ними когда-нибудь станет возможен. «Меня потрясает то, что правда действительно торжествует над ложью. Несмотря на то, что физически мы здесь, мы свободнее, чем все эти люди, которые сидят против нас на стороне обвинения, потому что мы можем говорить всё, что хотим, и мы говорим все, что хотим. А те люди, которые сидят там,— они говорят лишь то, что допускает им политическая цензура. Они не могут говорить такие слова, как «панк-молебен», «Богородица, Путина прогони». У них зашиты рты, они, к сожалению, они здесь просто куклы. Но я надеюсь, что они осознают это и тоже в конце концов пойдут по пути правды, искренности». Свою речь Надежда закончила цитатой из песни Pussy Riot «Смерть тюрьме, свободу протесту!»: «Откройте все двери, снимите погоны, почувствуйте с нами запах свободы».

Мария Алёхина посвятила своё последнее слово тотальному безразличию, чёрствости и безынициативности российского общества, целенаправленно взращиваемых существующей системой. Она привела примеры из собственного опыта волонтёрской работы в детских домах, борьбы за сохранение заповедников, знакомства с тюремными реалиями. «Проведя почти полгода в СИЗО, я поняла, что тюрьма — это Россия в миниатюре. Это та же вертикаль власти, где решение любых вопросов происходит единственно через прямое вмешательство начальника. Отсутствует горизонтальное распределение обязанностей, которое заметно облегчило бы всем жизнь. И отсутствует личная инициатива. Процветает донос, взаимное подозрение. В СИЗО, как и у нас в стране, всё работает на обезличивании человека, приравнивании его к функции, будь то функция работника или заключенного. Строгие рамки режима дня, к которым быстро привыкаешь, похожи на рамки режима жизни, в которые помещают человека с рождения. В таких рамках люди начинают дорожить малым. В тюрьме — это, например, скатерть или пластиковая посуда, которую можно раздобыть только с личного разрешения начальника. А на воле — это, соответственно, статусная роль в обществе, которой тоже люди очень сильно дорожат. Что мне, например, всегда, всю жизнь было удивительно». Окончание речи Марии Алёхиной звучало особенно пронзительно: «Для меня лишь этот процесс имеет статус так называемого процесса. И я вас не боюсь. Я не боюсь лжи и фикции, плохо задекорированного обмана, в приговоре так называемого суда. Потому что вы можете лишить меня лишь так называемой свободы. Только такая и существует в Российской Федерации. А мою внутреннюю свободу никому не отнять. Она живёт в слове, она будет жить благодаря гласности, когда это будут читать и слышать тысячи людей».

Речь Екатерины Самуцевич выступила коротко, но весьма ёмко и содержательно. Она говорила о циничном использовании правящим режимом православной религии для укрепления вертикали авторитарной власти и о несостоятельности попыток представить акцию Pussy Riot как «выходку бездушных воинствующих атеисток». Она завершила речь словами «Мы ждём обвинительного приговора. У меня смешанные чувства. Мы проиграли. По сравнению с этой машиной мы ничто. Мы победили. Система не сможет скрыть репрессивный ход этого процесса».

После каждой из трёх речей звучали бурные овации, на которые судья реагировала злобными окриками. По завершении речи Самуцевич Сырова объявила, что приговор будет оглашён 17 августа, что прозвучало неожиданно — суд шёл в ускоренном темпе и вдруг взял столь долгую паузу. На улице толпа сторонников Pussy Riot была особенно многочисленна, из-за нее долгое время не мог проехать автозак. Девушек в этот день провожали особенно бурными аплодисментами.