Открытое письмо президенту Путину, патриарху Кириллу, судье Сыровой и всем, от кого зависит окончательный приговор девушкам из Pussy Riot

Дмитрий Веденяпин / 12.03.2012

Все замерли в ожидании приговора. Неужели наша страна (общество-государство-суд) опять — из каких-то самых последних сил притворяясь, что совершает «правое дело»,— учинит расправу и в очередной раз на глазах у всего мира сядет в лужу тупости и жестокости? Ведь даже многие непримиримые идеологические и эстетические противники Pussy Riot согласны, что административное наказание — самое большее, чего девушки заслуживают. На дворе 2012 год. И снова это жуткое дежавю.

Я — честно говоря, тоже из последних сил — продолжаю надеяться... На что? На то, что у людей, от которых зависит судьба подсудимых, сработает инстинкт самосохранения. Призывы к здравому смыслу, соблюдению законности, христианскому милосердию, совести и проч. бесполезны. Очевидно, что с точки зрения тех, кто устроил этот процесс, они всеми этими добродетелями обладают, а такие как я — нет. Спорить здесь, как сейчас говорят, непродуктивно. Я о другом: о воздухе, в котором нам всем — будь то высокопоставленный офицер ФСБ, инакомыслящий или равнодушный обыватель, которому вообще все «до лампочки»,— придется и уже приходится жить.

Если до суда у кого-то, может быть, и оставались сомнения в том, кто прав, а кто неправ, то Хамсуд эти сомнения окончательно развеял.

Если до суда у кого-то, может быть, и оставались сомнения в том, кто прав, а кто неправ, то Хамсуд эти сомнения окончательно развеял. Я не представляю себе, кем нужно быть и какие специальные усилия над своим сознанием-зрением-слухом нужно сделать, чтобы не заметить, что на суде с одной стороны присутствовали три молодые девушки, с их поисками правды, знанием-незнанием, пониманием-непониманием, жаждой свободы и очевидным стремлением жить честно, короче говоря, три живых человека, а с другой стороны — какая-то серая, угрюмая и бесчеловечная сила, защищающая не страну и ее граждан (не нас с вами), а только саму себя, причем очень плохо. Есть мнение, что эта серая сила, как в какой-то страшной фантастической книжке, захватила чуть ли не 90 процентов населения нашей родины. Мне в это верить не хочется. В любом случае простая арифметика тут не работает. И 10% могут оказаться сильнее 90% и изменить ситуацию.

Говорят, что все было решено заранее, судебный процесс — фикция и т. д. Тем не менее (даже если это так), пока не вынесен окончательный приговор, сохраняется возможность все переиначить. В конце концов, решение принимают люди, слова произносят люди, а у людей всегда есть выбор.

Девушки из Pussy Riot никого о снисхождении не просили. Noblesse oblige. А мне легче — я пока не сижу в «стакане». И — вот именно — прошу. Очень прошу. Поверьте, ничего, кроме несчастий, отправка Pussy Riot в колонию стране не принесет. Гадко будет всем, потому что — повторяю — дело Pussy Riot касается воздуха в России. А его, в отличие от денег, нефти и проч., насколько мне известно, выгодно делить еще не научились. Если девушкам дадут срок, нам всем, всем, независимо от нашего мировоззрения, придется дышать воздухом кривды и насилия, кощунственно прикрывающегося словами о благодати. И никакие самообманы никого не спасут.

Это письмо я пишу еще и потому, что одну из обвиняемых, Марию Алехину, знаю лично. Около трех лет Мария ходила в мой поэтический класс в Институте журналистики и литературного творчества. Она талантливый человек, искренний, открытый, любящий и умеющий учиться. Молодым свойственен гипертрофированный интерес к себе и собственным переживаниям. Мария обладает редким даром сочувствия и сопереживания. Ей интересно, что и как пишут ее товарищи по семинару. Ей не все равно, что и как происходит в нашей стране. И — да! — она готова что-то делать для того, чтобы не вырубались леса, не загрязнялись реки, были честные выборы, а люди, не боясь полицейского преследования, могли бы обсуждать больные вопросы нашего общества. Достаточный ли это повод для того, чтобы отправлять ее в колонию общего режима? По-моему, нет.

Я обращаюсь к тем, от кого сейчас — вот сейчас! — зависит судьба трех обвиняемых, их близких и всех нас, живущих в России: отпустите девушек домой, удержитесь от зла! Оставьте нам всем (и себе тоже) возможность дышать! Еще не поздно.